Дина Корзун раскрыла секрет счастливого брака с иностранцем
Любимица публики Дина Корзун празднует знаковую дату. Глядя на актрису, ощущаешь тепло и свет, доброту и нежность — такова она не только на сцене или на экране, но и в жизни. Трогательные отношения с мужем, прекрасная семья, успех не только профессиональный, но и женский. О самом главном в жизни — об отношениях, о балансе и внутреннем свете — в нашем интервью.
тестовый баннер под заглавное изображение
— Дина, уже много лет вы живете между странами. Вы человек мира или все же остаетесь глубоко русской актрисой?
— Большое видится на расстоянии: всегда понимала и чувствовала, что на родине мне будет комфортнее — это моя культура, которая у меня в крови. Уже более 25 лет я замужем за гражданином Швейцарии, музыкантом и композитором Луи Франком. Мы прожили за границей достаточно времени, чтобы я смогла ощущать себя там комфортно. Научилась говорить по-английски, работала по профессии, но всегда скучала по дому. С 2021 года мы живем и работаем здесь, дети ходят в русскую школу.
— У вас потрясающая история любви с Луи. В чем секрет ваших гармоничных отношений?
— С Луи мы познакомились в 1995 году в Школе-студии МХАТ. Он приехал с первым американским курсом, который набрал ректор Олег Табаков. Я была студенткой дипломного курса. Луи вспоминает, что и в школе, и в университете он любил историю, и, когда рассказывали про Россию, у него всегда что-то откликалось в сердце, словно с Россией связано что-то важное. Когда он увидел объявление о том, что Школа-студия МХАТ в Москве набирает актерский курс, решил попробовать.
Наша история необычная. Мы познакомились в коридоре. Я не говорила по-английски, Луи не говорил по-русски. Сейчас мы все больше понимаем, что накануне своего рождения мы словно договорились: как парашютисты выпрыгивают из самолета и могут приземлиться в разных местах, но при этом они остаются одной командой. Так и мы с Луи ощущали что, не зная языка, друг друга прекрасно понимали и чувствовали. Мы очень разные, и этим друг другу интересны. Порой наших различий было больше — тогда приходилось учиться уважать интересы друг друга, идти на компромиссы, что в молодости всегда непросто. Как на берегу моря острые камушки оттачиваются волнами, нам пришлось научиться уважать чувства, мысли, мнения. Секрет долгих счастливых семейных отношений прост: дружба и уважение — из этих основных составляющих и складывается истинная любовь, она не первое притяжение, до настоящей любви нужно пройти, и эту дорогу осилит идущий, поэтому важно оставаться преданными друзьями. В этом и есть любовь, когда ты готов подставить плечо, выслушать, даже если очень устал, помогать, защищать, служить своим близким, и это не тяжело и не труд, а радость.
— Вы мама троих детей. Как изменилась ваша жизнь с их появлением?
— У меня сын Тимур, старший, и две дочки, Итала и София, между сыном и сестрами разница 19 лет, девочкам 16 и 17 сейчас. Понимание важности материнства пришло не сразу. Когда родился сын, мне казалось, что очень важна профессия. Театр действительно не выносит, если нет абсолютной самоотдачи, и приходится выбирать между семьей и работой — такова особенность творческих профессий. Можно подолгу находиться вдали от дома — гастроли, съемки, репетиции, особенно перед выпуском спектакля сложно думать о чем-то другом. Материнство сложно вписывается в такой график, но в какой-то момент на гребне успеха я почувствовала, что мимо меня может пройти что-то очень важное — семья, и мне стало страшно ее потерять. Обязательно нужно уделять время любимому человеку!
И отношения с детьми — не «эффект присутствия», а умение слушать. Когда тебе хотят открыть сердце, душу, нужно быть рядом, ведь самое удивительное на свете — возможность проникновенного взаимопонимания с детьми, когда вам есть о чем смеяться вместе, когда каждый от общения становится богаче, лучше, мудрее. У нас так заведено: мы всегда делимся своими размышлениями. И в этом для меня раскрылось чудо настоящей жизни рядом с любимыми. Я у мамы одна, у меня не было полной семьи, родители расстались, когда мне было 2 года. Нет родных сестер и братьев, поэтому мне есть с чем сравнить. Дружба, духовная близость, которые есть у нас с детьми, — их нельзя ни на что променять.
Сейчас мне можно не соглашаться на любые предложения в кино или в театре, я могу выбирать и выстраивать баланс между семьей и творчеством.
— Насколько хорошо дети знакомы с вашими работами в кино, в театре?
— На одном фестивале, где показывали фильм «Кука», дочери были со мной, им тогда было лет 10. И они очень удивились, что их мама актриса на экране и что весь зал собрался для того, чтобы прийти на встречу и задать вопросы. Потом дочки удивлялись, когда к нам в России в аэропорту подходили и просили сфотографироваться. Когда им было 11–12 лет, они впервые увидели меня в театре, в моем моноспектакле по пьесе Оскара Уайльда «Звездный мальчик». Девочки очень прониклись и высоко оценили увиденное, что мне, конечно, было очень приятно.
Мой сын Тимур рос в МХТ им. А.П.Чехова. Во всех цехах его любили, и для него видеть меня на сцене было привычным делом. Он летал ко мне на съемочную площадку в Америку, в Англию. Тимур буквально вырос на съемочных площадках и в театре, но сам артистом он не захотел стать, окончил финансовую академию, серьезно занимается в клубе скалолазания, где встретил свою жену Ирину. Можно сказать, что у меня четверо детей: три девочки и мальчик.
— Вы мечтали стать многодетной мамой?
— Нет, но детей всегда любила, защищала, нравилось с малышами возиться, поэтому, думаю, неслучайно, что под моей опекой на этот свет появились трое. Думаю, могла бы иметь и больше детей, мне бы хватило и сердца, и сил. Порой кажется, все, кто младше меня, в каком-то смысле мои дети. Я готова опекать, помогать, подсказывать.
Трое детей — большое счастье. Когда они вырастают, то становятся друзьями, и таким образом рядом с тобой три очень интересных человека! Чем больше в детей вложишь, тем самому радостнее жить, и это не значит, что ты от них что-то ожидаешь. Все происходит естественным образом, складывается теплая, дружеская атмосфера.
— Не могу не согласиться с тем, что отношения требуют времени. Но тогда, возможно, приходится от чего-то отказываться?
— Искусство жить — искусство баланса, не надо ни от чего отказываться, нужно смотреть, что важнее на сегодняшний день. Главное — вкладываться в отношения с близкими, не жертвовать ими во имя работы. Особенно, мне кажется, женщинам. Мы приходим в этот мир ради отношений. Если выстраивать доверительные отношения, основанные на любви, то, может, и отказываться ни от чего не нужно.
— Были ли конкретные жизненные ситуации, когда пришлось сделать серьезный выбор?
— Я по молодости много работала, и в тот момент для меня это было важно. Тимура мне помогала растить моя мама, Ольга Дмитриевна, и Луи стал ему большим другом. Потом, конечно, возникали серьезные ситуации. Например, однажды я получила предложение сниматься в Петербурге, в сериале «Женский роман», вместе с Константином Хабенским, съемки растянулись почти на два года. Я советовалась с мужем, ведь предстояло долго пробыть вдали от семьи, и мы все почувствовали, что это неправильно. С тех пор я очень внимательно отношусь к выбору работы. После 10 лет брака мы с Луи почувствовали, что мы упустим возможность сохранить наш союз и семью, если не начнем работать меньше.
В 2009 году мы уехали жить в Лондон, потому что до этого муж 10 лет жил со мной в Москве, ему пришлось выучить язык, у него здесь очень много друзей. Но когда мы решились стать родителями, Луи сказал, что ему хотелось бы, чтобы они росли в Лондоне. Мне это далось легко — я не сомневалась, что должна идти навстречу мужу, и мы уехали в Англию, где родились наши погодки. Когда дети маленькие, так много работать не получается. Я пару раз вылетала на съемки в Россию, но было очень тяжело — дети скучали. В какой-то момент я встала на их сторону, поняла, что я нужнее семье, сделала этот выбор. И тогда я реализовалась в Англии — там у меня было два спектакля. В любом компромиссе можно найти творческий процесс!
— Отличаются ли театральные сцены Лондона и Москвы?
— Я бы так не сказала. В Лондоне я работала только в Королевском национальном театре, где все на самом высоком профессиональном уровне и есть бережный подход к автору — то, что я увидела в самом начале моей карьеры в МХТ. Во всяком случае, так было, когда я там работала. Как сейчас там обстоят дела — затрудняюсь сказать, в Англии я не была с 2018 года.
— Вспоминали уроки, полученные в Школе-студии МХАТ?
— Все, чему меня научили мои педагоги Алла Покровская, Роман Козак, Дмитрий и Марина Брусникины — низкий им поклон, — все мне пригодилось в жизни, на каком бы языке, в какой бы стране мира я ни работала. Мхатовская школа крепкая и сильная, где многое определяет личность. Нас учили думать, размышлять, с уважением и благоговением относиться к автору и к каждому члену коллектива театра — от охранника, буфетчика и гардеробщика, и учили любить не себя в искусстве, а искусство в себе. Наши педагоги хотели, чтобы мы это по-настоящему поняли: нужно показывать не «свое сочинение на тему Пушкина/Чехова/Толстого», а с большим уважением размышлять и чувствовать, раскрывать именно автора. Театр — как волшебная игра, позволяет и зрителю, и артистам погрузиться в машину времени, побывать в другом измерении. Меняется все — мода, костюмы, а человеческая природа остается той же. Поэтому существует классика, которую можно понять, почувствовать, стать лучше — добрее, мудрее, сильнее. Мне кажется, в этом предназначение искусства.
— Вы упомянули о моноспектакле по Уайльду, но есть и другой — «Как я пришла в сознание», он ведь как раз об этом!
— Да, изначально история задумывалась о том, как вдохновить и передать опыт о том, что в трудностях человек становится лучше, если он правильно принимает взлеты, падения, боль и радость, и с благодарностью относится ко всему, что в его жизни происходит, задает вопрос: для чего? Тогда происходит встреча с собой настоящим. У нас у всех в несовершенном материальном мире, полном проблем, болезней, тревог, есть вопросы, на которые приходится искать ответы. Хотелось написать историю, которая бы звучала вдохновляюще, поделиться руководством по бесстрашию. Мне кажется, удалось!
— В чем ваши главные радости жизни?
— Радости — семья, с ними я заряжаюсь смехом, юмором и не только. Отношения с близкими и с друзьями — главное. У меня много теплых, по-настоящему важных мне отношений. Можно не видеться месяц и даже год, если мы все в проектах в и делах, но мы общаемся, и я ощущаю, что эти люди, как звезды на небе, рядом, их можно видеть и чувствовать.
Мы с мужем любим природу, долгие прогулки по лесу, парки. Музеи — тоже тихая, но настоящая, глубокая радость для сердца. Черпаю радость в изучении священных писаний. Интересуюсь искусством — читаю о художниках, смотрю разные техники. Я всю жизнь училась рисовать, обучалась этому и в Смоленском педагогическом институте, где я отучилась год. Мне очень нравилась скульптура.
— Вы человек с солнцем в сердце. Как не растерять внутренний свет? Что важнее всего?
— В мире много нелогичного и несправедливого, и я с детства ощущала, что есть какой-то скрытый смысл происходящего и хорошо бы его найти. Поэтому достижениями я никогда не считала материальное. Допустим, человек объездил мир — ну и что? Есть удивительные люди, которые не путешествовали, но у них внутри мудрость и красота — богатство, которым они делятся. Когда мы уйдем из этого мира, то не заберем с собой ничего, кроме невидимого опыта преодоления препятствий внутри себя. Поэтому для меня достижение, когда удается прожить день, став хоть чуточку лучше, чем вчера.
Как-то у Фаины Раневской спросили, каким качеством должен обладать режиссер, и она ответила: «Добротой». Мне кажется, это качество дороже золота. Доброта — это глубинное понимание жизни, ее ценности и важности того, что ты несешь в мир и распространяешь вокруг себя. Доброта драгоценная и труднодостижимая. Я тогда задумалась, почему именно это качество важно для режиссера? Пожалуй, он должен дарить надежду. Если режиссер злой, и для него все вокруг враги, и он не видит ничего, лишь свое эго, то такой будет у него и театр, и спектакли. А мы все режиссеры своей жизни. Поэтому настоящее достижение — доброта.
Источник: www.mk.ru
