Путин объявил прорыв в энергетическом партнерстве с Пекином: на кону — «труба» за $250 млрд
Путин заявил о согласованных решениях по энергопроектам России и Китая
Россия и Китай подошли к ключевому этапу переговоров по масштабным энергетическим проектам. По оценке аналитиков, заявление Владимира Путина о «серьезном шаге вперед» касается прежде всего газопровода «Сила Сибири — 2», по которому стороны могли согласовать основные коммерческие параметры. Одновременно Москва и Пекин обсуждают расширение поставок СПГ, новые нефтяные маршруты и увеличение экспорта через Казахстан. Однако решение главных вопросов — цена газа, финансирование и гарантии поставок — потребует дополнительных усилий.
Президент России Владимир Путин заявил о практически согласованных решениях по крупным проектам в нефтегазовом сотрудничестве с Китаем. По его словам, Москва и Пекин находятся «в высокой степени договоренности» по тому, чтобы сделать «очень существенный шаг вперед» в энергетическом партнерстве.
Заявление прозвучало на фоне продолжающихся переговоров по проекту "Сила Сибири — 2" — крупнейшему потенциальному маршруту поставок российского газа в Китай после потери значительной части европейского рынка. Большинство экспертов связывают слова президента именно с этим проектом.
Ведущий эксперт Фонда национальной энергетической безопасности Игорь Юшков считает, что, поскольку политические и технические договоренности по газопроводу уже фактически достигнуты, стороны могли выйти на финальное согласование коммерческого контракта. «Судя по всему, это документы, которые закрепляют на бумаге все, о чем удалось договориться именно по самой трубе: маршрут, технические характеристики (прежде всего мощность), распределение финансирования по участкам, трассировку и все, что касается строительства газопровода», — отметил эксперт.
При этом Юшков подчеркивает, что запуск проекта невозможен без отдельного соглашения на поставки газа. «Для того, чтобы проект заработал, необходимо подписать коммерческое соглашение — контракт на поставку газа по этому трубопроводу. И уже после подписания коммерческого контракта можно будет говорить непосредственно о поставках и о старте проекта», — пояснил он.
По мнению эксперта, именно такой контракт может быть подписан во время визита Владимира Путина в Китай. Он обратил внимание, что по другим направлениям газового сотрудничества основные соглашения уже заключены ранее. В частности, мощность действующего газопровода «Сила Сибири» была увеличена с 38 до 42 млрд кубометров в год, а дальневосточный маршрут — с 10 млрд до 12 млрд кубометров. Юшков также напомнил, что ранее стороны договорились увеличить поставки нефти через Казахстан с 10 млн до 12 млн тонн в год, поэтому новых крупных решений по этому направлению пока ожидать сложно.
Основатель компании "ВсёИзКитая" и председатель комитета по работе с Китаем Ассоциации экспортеров и импортеров Андрей Коган считает, что проект действительно переходит от рамочных политических договоренностей к практической стадии, однако говорить о полном запуске пока преждевременно. По его словам, в 2025 году был подписан юридически обязывающий меморандум по строительству трубы и маршрута «Союз Восток» мощностью до 50 млрд кубометров газа в год сроком на 30 лет. Однако основные разногласия между сторонами сохраняются. «Китай традиционно настаивал на низких ценах, близких к внутренним российским, что ранее блокировало сделку, а также на закупке меньших объемов», — отметил Коган.
По его словам, сейчас обсуждается цена ниже европейской с расчетами в рублях и юанях, однако окончательная финансовая модель до сих пор не утверждена. При этом стоимость проекта оценивается примерно в 250 млрд долларов, и основная нагрузка ложится на российскую сторону.
Эксперт также обращает внимание, что в самом Китае отношение к проекту остается неоднозначным. В китайском экспертном сообществе обсуждаются риски перенасыщения рынка на севере страны, высокая стоимость внутренней инфраструктуры и зависимость от одного поставщика. «В Китае проект рассматривают скорее как инструмент хеджирования рисков, сохраняя определенный скепсис в отношении надежности поставок и экономической выгоды», — подчеркнул Коган.
Ведущий аналитик Amarkets Игорь Расторгуев считает, что главным итогом последних переговоров стал переход к финальной стадии согласования проекта. «Это уже не просто меморандум о намерениях, подписанный в 2025 году, а политически согласованная основа для контракта», — заявил эксперт. При этом окончательное инвестиционное решение, по его оценке, еще не принято. Основной предмет спора — цена газа и распределение расходов на строительство.
Расторгуев отмечает, что поставки в объеме до 50 млрд кубометров выглядят реалистично, однако потребуют масштабного расширения инфраструктуры. Речь идет о строительстве газопровода протяженностью около 6,7 тысяч километров и подключении новых ресурсных баз — Ямала, Ковыктинского месторождения и Красноярского края.
Эксперт также обращает внимание на изменение переговорного баланса между Москвой и Пекином. Если раньше Китай занимал более жесткую позицию, то в 2025–2026 годах ситуация изменилась из-за роста внутреннего спроса на газ в КНР. «Пекин столкнулся с проблемами внутренней добычи и ростом промышленного потребления, поэтому теперь заинтересован в стабильных поставках. Это дало России более выгодную позицию на переговорах», — считает аналитик.
Отдельным направлением сотрудничества может стать СПГ. По словам Юшкова, Китай уже начал принимать партии газа с Арктик СПГ — 2, несмотря на санкционные ограничения. Эксперт не исключает, что сейчас обсуждается расширение поставок оборудования из Китая для российских СПГ-проектов. Речь может идти о возобновлении поставок модулей для линий сжижения газа, которые ранее собирались в Белокаменке Мурманской области.
Кроме того, обсуждается возможное сотрудничество в строительстве газовозов арктического класса, дефицит которых остается одной из ключевых проблем для российского СПГ-экспорта.
Помимо газа, Москва и Пекин продолжают расширять сотрудничество и в нефтяной сфере. По словам Когана, в 2025 году Россия поставила Китаю 101 млн тонн нефти, а сейчас обсуждается увеличение транзита через Казахстан до 12,5 млн тонн в год. Однако эксперты считают, что ни Россия, ни Китай не заинтересованы в чрезмерной зависимости от казахстанского маршрута. Юшков отмечает, что Астана продолжает балансировать между различными геополитическими центрами силы, поэтому превращать Казахстан в ключевого транзитера было бы рискованно.
При этом сама идея расширения трубопроводных поставок нефти в Китай выглядит логичной на фоне проблем морского экспорта. По словам Юшкова, санкции, рост страховых расходов и давление на танкерный флот резко увеличили стоимость морской логистики российской нефти. «Экспорт по нефтепроводам обходится дешевле, поэтому для России сейчас это было бы выгодно», — подчеркнул эксперт.
Тем не менее аналитики указывают, что даже в случае политического согласования всех параметров запуск крупнейших проектов займет годы. Полная мощность «Силы Сибири — 2», по оценкам экспертов, может быть достигнута не ранее начала следующего десятилетия.
Источник: www.mk.ru
