Греческий синдикат DreamTeam и Филипп Киркоров взяли «Евровидение» измором
Победа болгарской певицы Dara с номером Bangaranga на конкурсе «Евровидение 2026» в Вене затмила даже разгоревшийся накануне скандал со слухом о возможном возвращении России на континентальное песенное ристалище. Хотя с победой болгарской певуньи-танцорки-зажигалки напугавшая полконкурса «новость» о возвращении в каком-то смысле материализовалась. Потому что из-за пышных и натруженных форм болгарской поп-артистки, помимо прочих, торчат еще и уши Филиппа Киркорова.
Злую шутку сыграл, конечно, журналистский снобизм. Когда еще с национального отбора долетали шепотки про Дару, причем с разных сторон – то из Лондона, то из Люксембурга, то из Праги и т.д. — ничего, кроме презрительного фырканья эти охи с ахами не встречали. Ну, помилуйте, — надувались щеки, — какая-то вирусная шняга. А тут же не просто «Евровидение», а юбилейное, семидесятое. И не абы где, а в мировой столице музыки. Моцарт, Вивальди, Штраус… Какая Дара! Когда есть такой замечательный хардово-скрипичный этюд с дуэтом из Финляндии – Пете Паркконен и Линда Лампениус.
Снобы, делавшие ставки у букмекеров, думали, видимо, так же и продули все свои денежки. Финляндия у букмекеров уверенно стояла на первом месте практически с момента появления песни, а евровидийная публика уже попривыкла, что прогнозы на победителя, если не всегда, то очень часто сбываются. Уверенности придавало и то обстоятельство, что исход обоих полуфиналов «буки» предсказали почти с аптекарской точностью. И все ждали, конечно, триумфа Пете и Линды.
Не сбрасывали со счетов еще и Дельту Гудрем, австралийскую поп-звезду, киноактрису, видную наставницу тамошнего «Голоса», обладательницу рекордных контрактов с международными лейблами. Ее известность и популярность давно вышли за пределы континента кенгуру. Еврофанаты закатывали очи: новая Селин Дион! Ну, или хотя бы Дженнифер Лопес…
Женщина действительно породистая, голосистая, пела отменно – пожалуй, даже лучше всех на конкурсе, если иметь в виду ноты, а не то, что делает артиста артистом – самобытность. Блистала вся в золоте, и рояль был золотой. За которым, хоть тресни, но явно не хватало Игоря Крутого – видимо, поэтому и не победила. Артистка сама остервенело набросилась на клавиши, а следом еще и вскочила на крышку инструмента, из-под которой, например, у Билана (в 2006-м в Афинах) вылезали балерины-зомби, а у Дельты полезло что-то твердое и длинное. Оказалось, штырь, он угрожающе увеличивался в размерах, но певица, умело примостившись, вознеслась на нем почти под потолок, не растеряв при этом ни единой ноты.
Публика безумствовала. Ходили уже разговоры о том, как, тяжело вздохнув, «Евровидение» все-таки поедет в Австралию, если победит Гудрем, а не перепоручит представлять интересы страны-победительницы кому-нибудь из «Большой пятерки» (Big Five) в Европе. Но ни Пете с Линдой, ни Дельте «Хрустальный микрофон» не достался.
А достался он болгарке Даре, причем с феноменальным единодушием профессионального жюри и телезрителей, что для «Евровидения» достаточно экстраординарно. Последний раз такое случалось в 2017 году, когда победил португалец Салвадор Собрал. Национальные жюри 35 стран-участниц насобирали артистке высшие 312 баллов, а телезрители своим голосованием тоже признали Дару лучшей – 204 балла. В итоге – победные 516 очков.
Драматургическая интрига с неожиданным исходом в этот раз не сработала. Однако, в финале пощекотать нервишки публике все же немного удалось. Перед объявлением последних зрительских баллов для Болгарии на первом месте весьма уверенно разместился Израиль. Чтобы догнать его, болгарам надо было получить, как минимум, 140 баллов, и это выглядело более чем серьезным вызовом, учитывая, что многие страны получили от телезрителей всего по несколько очков, а то и вообще ничего, как Великобритания, Германия и Бельгия.
Песня Michelle в исполнении Ноама Беттана из Израиля входила не только в список фаворитов конкурса, но и по праву может считаться одной из лучших в этом году. Проникновенная, эмоциональная лирическая баллада, пульсирующая бодрящим ритмом, завернутая в красивую мелодию и украшенная чувственным исполнением, имела весомые основания для победы. Видимые признаки антиизраильской истерии, которая бушевала на последних двух конкурсах (в Мальмё и Базеле), в Вене практически не были видны. Ложкой дегтя оказался разве что бойкот конкурса из-за участия Израиля, объявленный пятью странами – Исландией, Ирландией, Словенией, Нидерландами и Испанией.
Однако, когда двадцатитысячная толпа, забившая арену Wiener Stadthalle, поняла, что дело пахнет Землей Обетованной, то, видимо, сокрытая где-то в глубине душ разношерстной еврофанатской толпы червоточинка все-таки прыснула зловонным гноем и зал разделился на две половины: одна громко букала, осуждающе топала и свистела, другая тоже свистела и издавала всевозможные звуки, но уже в поддержку артиста. Благодать немножко смазалась, но израильская депутация держалась стойко, не подавала виду и, как ни в чем не бывало, улыбалась, мастерила ладошками сердечки и размахивала флажками. В итоге второе место Израиля с 343 баллами утихомирило страсти.
На нервную выносливость испытал собравшуюся в Вене публику, а также многих европейских политиков еще и директор конкурса Мартин Грин. Накануне финала он неожиданно заявил в интервью, что Россия может вернуться на конкурс. Ну, как вернуться, — «теоретически». Если, мол, «российский вещатель будет соответствовать правилам EBU (Европейского вещательного союза)». Тут, конечно, надо было сразу включать «Танец с саблями» Арама Хачатуряна – такое началось. Шум, гам, суета. Заявления протеста. Будто Россия уже на пороге с какой-нибудь Викой Цыгановой на бэкстейдже. Прощайте европейские ценности…
Господину Грину пришлось отбиваться, объясняться – «никакого официального процесса нет» и вообще это было сказано «гипотетически». К тому же есть нюанс, не упомянутый песенным чиновником: после «приостановления» участия в конкурсе в 2022 году Россия вышла из EBU, и теперь для начала «официального процесса» туда бы надо сперва вернуться. О подобном намерении Россия пока даже не намекала, и есть ощущение, что в обозримом будущем вряд ли соберется. Но многие перенервничали…
На этом фоне «русский след» в чудном образе Филиппа Киркорова, фундаментальной скрепы концертно-продюсерской бригады DreamTeam, замешанной, как оказалось, в появлении болгарки Доры на «Евровидении», выглядит весьма пикантным обстоятельством. DreamTeam возникла в середине нулевых на почве очарованности Филиппа греком Сакисом Рувасом, который на «Евровидении 2004» в Стамбуле ходил в фаворитах и занял третье место. Мысль о коллабе с греческой звездой лишила Филиппа сна и покоя. Дуэт «Как сумасшедший» в итоге взорвал в 2005 году эфир и чарты, а знакомство с продюсером Элиасом Кокотосом, композитором Димитрисом Контопулосом, режиссером Фокасом Евангелиносом вылилось в ту самую DreamTeam, появиться под крылом которой на «Евровидении» многие артисты потом мечтали. Портфолио разбухало от года к году: Анжелика Агурбаш (2005), Дима Билан (2006), Дмитрий Колдун (2007), Ани Лорак (2008), Фарад Мамадов (2013), Сергей Лазарев (2016), DoReDos (2018), Наталья Гордиенко (2021)…
Иногда победа была почти в руках, как, например, в Афинах в 2006-м с Биланом. Победили тогда финские комик-хард-рок-монстры Lordi, и Киркоров изящно придумал, что «среди людей мы все-равно первые». В 2008-м Ани Лорак уступила Билану, который был уже сам по себе, и Филипп тихо возненавидел Рудковскую. Потом остыл. Улизнула победа и в Стокгольме в 2016-м с Лазаревым, Филипп до сих пор утверждает, что «негодяи ее украли».
Но, наконец, звездный час. Выстрелил «а ля кей-поп с элементами фолка», как определил стилистику песни композитор Контопулос. Самого «Мистера Евровидение» (теперь уже, скорее, теневого) в Вене не было, но в мобильниках греков Элиаса и Димитриса крашеные белоснежные кудри «поп-короля» периодически мелькали, а после триумфа Дары Филипп вышел на связь и с «МК». И рассказал:
— В некотором смысле какое-то отношение ко всему происходящему (с Дарой) я имел на начальном этапе, когда шли переговоры с болгарским телевидением. Наша DreamTeam решила попробовать свои силы в Болгарии. Наводили мосты, вели переговоры… Вот и результат. Конечно, основную работу, подготовку, постановку делали Димитрис и Элиас. Моя миссия была на первом этапе, и я очень горжусь, что она привела к такой большой победе. Безумно счастлив за эту девочку и самое главное – за свою команду DreamTeam. Все-таки победили! Я же говорил, что возьму измором. Неважно как, но возьму. И вот, пожалуйста. Кто бы мог подумать, что это случится с Болгарией, моей второй родиной. Удивительно, потрясающе. Я очень горжусь. Счастлив и рад – за Болгарию, за девочку, за свою DreamTeam. Ура!
К сказанному Филиппом надо добавить, что DreamTeam некоторое время назад «распочковалась», и в этом году режиссер Фокас Евангелинос, поставивший за многие годы 23 номера для 7 стран (два из которых победные), «курировал» грека Akykas с поп-рэп-компьютерной сатирой Ferto. Забавный парень, чьи оранжевые меховые сапожки стали венским трендом этих дней, тоже числился в фаворитах (в итоге десятое место).
Тем временем, публика в зале, наблюдая за сценой, а не телетрансляцией, имела своих фаворитов, и эти предпочтения не всегда совпадали со взглядом «со стороны». Если измерять успех по т.н. «шкале аплодисментов», то несомненными лидерами нынешнего «Евровидения» по обстановке в зале были: Болгария, Австралия, Финляндия, Франция, а также Молдова с заводным Satoshi – такого хорового пения многотысячной глоткой «Moldova on duty» не удостоилась, пожалуй, ни одна из песен конкурса. Жюри это не очень впечатлило, но телезрители, которые считали энергетику и кураж даже через экраны телевизоров, «подправили» т.н. профессионалов, подняв молдаван с 17 на 6 место (4-е по телевоутингу). В Кишиневе, говорят, готовится праздничная встреча в аэропорту.
Dara: «Никто не верил, что Bangaranga может выиграть».
Первая победа Болгарии со времени ее дебюта на «Евровидении» в 2004 году. Как принято говорить, второго места на «Евровидении» не бывает. Как только «Хрустальный микрофон» был торжественно передан на сцене Даре победителем прошлого года австрийским певцом JJ, внимание журналистов переключилось только на нее. Все ринулись на пресс-конференцию, несмотря на поздний час. Победительница излучала радость, много шутила: «Я не знаю что говорить, но спасибо, что поддержали «Бангарангу»… Я чуть не плакала утром, проснувшись и поняв, что сегодня последний день. Как я буду скучать!».
Журналистов тем временем интересовали буквально все детали и подоплеки свежего триумфа. «МК» собрал наиболее заметные заявления Дары.
— У нас в Болгарии всего 6 миллионов человек, но много талантов, искусства… Встретить Димитриса Контопулоса, DreamTeam было для меня удачей. Мы вместе работали в студии, Димитрис играл на фортепиано, я была очарована…
— Никто не верил, что мы и Bangaranga можем выиграть. Спасибо постановщикам номера… Мы хотели дать публике что-то свежее, неожиданное. Создать новую картинку для «Евровидения». Нам надо снять маски и быть честными с собой, жить в любви, а не в страхе – вот, что значит Bangaranga…
— Я люблю нарушать правила. Следую своим, не чужим. Не делю людей на мужчин и женщин, прежде всего – мы люди. Наше общество выросло, мы наполняем мир энергией. Посмотрите, все возможно, Болгария выиграла «Евровидение»! Люди реально не верили, но я стояла на своем. И то, что мы выиграли оба голосования – жюри и публики – нечто сюрреалистичное для меня. Я счастлива, что встретила тех, кто поверил в меня и мою песню…
— У меня была такая волна хейта после победы на национальном отборе, панические атаки. Меня спасал муж. Я думала: стоит ли мое ментальное здоровье этого? Однако, я преодолела эти сомнения, и муж сказал, что я еду. Тут я успокоилась, поняла, что это будет моим лучшим моментом. Побеждает всегда любовь, а не страх.
— Кто то спрашивал, что будет, если я не выиграю? Боюсь, теперь мы этого никогда не узнаем…
Источник: www.mk.ru
