Чеховский ребус: почему у Чехова не получается любовь? Агуреева ищет ответ под музыку Башмета
В Мастерской Петра Фоменко состоялась премьера спектакля «О любви» в постановке Полины Агуреевой под оркестр Юрия Башмета
В Мастерской Петра Фоменко прошла премьера, которую захочется переслушать. Спектакль «О любви (5 пудов любви, 22 несчастья, 33 истерики)» в постановке Полины Агуреевой заставляет мозг хорошенько поработать и вспомнить многое из Чехова. Корреспондент «МК» постарался собрать мозаику из чеховских кусочков и увидеть, какая она — чеховская любовь со «знаменитым еврейским оркестром» Юрия Башмета — «Солистами Москвы».
тестовый баннер под заглавное изображение
Коллаборация Полины Агуреевой и Юрия Башмета показывает публике результаты своей совместной плодотворной работы уже не впервые — в прошлом году это были «Соборяне», в декабре — «Реквием незабытых», премьера сочинения Валерия Воронова, превращенная Агуреевой в музыкально-театрализованное представление с пронзительной поэзией и потрясающей живописью. На VII зимнем международном фестивале искусств Юрия Башмета в Москве состоялась премьера спектакля по Чехову «О любви (5 пудов любви, 22 несчастья, 33 истерики)».
— Сюжет спектакля собран из всех 12-ти томов Антона Чехова, — поясняет Полина Агуреева, — Там есть условные муж и жена, к которым на обед собираются гости — персонажи из очень многих произведений автора. Хотела затронуть все чеховские темы: это и любовь, и истинное смирение. И мы взяли архетипические ситуации, темы Чехова, которые, как мне кажется, отражают его мировоззрение. Можно сказать, что получилась новая пьеса. Но! Там нет ни одного слова, не написанного самим Чеховым.
Еще раз: это Чехов, собранный по кусочкам заново режиссером, ни одного слова дописанного или досочиненного, как сказала Агуреева: «ни одного «да» нет не чеховского», но при этом у самого автора такого произведения нет.
Первое, что видим еще до начала спектакля — декорации, извилистый стол-тропа, затем появляется «знаменитый еврейский оркестр, который пригласили, а платить ему нечем», но играют они от этого не хуже, а напротив. С одной стороны, хочется рассматривать и вслушиваться в происходящее и разгадывать ребус «А из какого это произведения?», а с другой — просто, прикрыв глаза, наслаждаться звуками. Музыка, кстати, интересная — ощущается стилизация под музыку рубежа веков — марш, вальс, но вдруг появляется отголосок Шнитке, вдруг что-то барочное. И не такая уж это стилизация под конец XIX столетия получается — догадки подтверждает сам композитор Валерий Воронов, отметив, что здесь много музыки «и простой, и сложной», мультижанровость и много гипертрофированной эмоциональности, усиливающей трагифарсовость.
Так, режиссерский замысел очень точно подхватывается с помощью музыки и во многом помогает собрать этот сложный и многодетальный пазл, который поначалу взрывает мозг. Но именно оркестр помогает нам расслабиться и отбросить все попытки проследить кто и что откуда, отпустить мысли: «Ой, а это же «Дядя Ваня», а вот «Вишневый сад», и «Крыжовник», а это вот что-то знакомое, но не помню, что…», приняв, что перед нами другое произведение, которое следует воспринимать как единое целое. И тогда вырисовывается картина, о которой и сама режиссер говорила до начала спектакля. Ключевая чеховская тема — любовь и поиск ответа на вопрос: почему же не получается?
— Где найти истинное измерение, почему чеховские герои «пять пудов любви» – в «Чайке» написано, – почему они все любят мимо, почему эти «пять пудов любви» не приводят их к гармонии и так плохо все заканчивается, — поясняет свой замысел Полина Агуреева.
Ответы помогают зрителям искать блистательные актеры Мастерской Петра Фоменко: Томас Моцкус, Наталия Курдюбова, Дмитрий Рудков,, Карэн Бадалов, Елена Ворончихина и сама Полина Агуреева.
Источник: www.mk.ru
