Екатерина Мечетина поделилась воспоминаниями о Родионе Щедрине и Плисецкой
В Музее музыки прошел трепетный вечер памяти Родиона Щедрина. Пианистка Екатерина Мечетина вспомнила о том, каково было работать над исполнением его музыки и дружить с семьей Родиона Константиновича и Майи Михайловны.
Среди гостей вечера — те, кто хорошо его знал, с кем композитор дружил и работал: пианистка Екатерина Мечетина, и.о. ректора Московской консерватории Александр Соколов, директор Музея музыки Михаил Брызгалов, музыковед Евгения Кривицкая и многие другие. Все собрались, чтобы вспомнить еще раз композитора, который стал признанным классиком при жизни и отметить выход нового издания его мемуаров «Автобиографические записи».
Атмосфера была теплой и доверительной, да и люди на сцене и в зале были не случайные, а потому сердца открывались быстро и со всей полнотой. Екатерина Мечетина украсила вечер музыкальными выступлениями, выступив в дуэте с одним из ярчайших отечественных виолончелистов Арсением Чубачиным — в их исполнении прозвучало «Бельканто в русском духе». А после музыки пианистка рассказала, каково было трудиться и дружить с композитором, чью музыку она исполняет с детства:
— Для меня огромная честь быть сегодня частью этого праздника. Каждый раз, когда мысленно возвращаешься в те чудесные годы, когда была возможность общаться с Родионом Константиновичем и Майей Михайловной, находишь в глубине души сокровища, которые тщательно собирались.
В 2002 году, когда праздновали 70-летие Щедрина, ей посчастливилось познакомиться с ним лично:
— Судьба ко мне благосклонна, — говорит Мечетина, — Незабываемое ощущение предчувствия первой репетиции, когда я, аспирантка консерватории, готовлю его сочинения. Трепещу — этот же тот самый живой классик! Мое знакомство с его музыкой началось в 9-10 лет, и для меня он стоял в ряду с Бахом, Моцартом, Бетховеном, Чайковским, Прокофьевым — такой ассоциативный ряд.
К тому, что Щедрин услышал на репетиции, он «отнесся очень благосклонно», и тут он вручает пианистке еще одну рукопись — цикл из семи пьес «Дневник».
— К счастью, у него был предельно разборчивый почерк, — вспоминает пианистка, — а затем сказал: «Ну хорошо, а может быть, за оставшиеся до концерта дни хотя бы пару пьес из этих семьи разберешь?»
Был и другой яркий во всех смыслах эпизод, когда Щедрин готовился к премьере свеженаписанного шестого фортепианного концерта, который автор доверил исполнять Екатерине Мечетиной. Дело было летом, в августе, жара. Репетиции проходили в Тракае, где есть красивое озеро, там у четы было что-то вроде дачи. В аэропорту пианистку встречали Родион Константинович и Майя Михайловна — балерина держала в руках букет красных роз:
— Я там едва не упала в обморок: меня с цветами встречает Майя Плисецкая! Даже сейчас, когда рассказываю об этом, мурашки, я-то была девочка-аспирантка, а меня звезда мирового-масштаба так встречает! — продолжает Мечетина.
И репетиции, и концерт были непростыми — такую музыку писал поздний Щедрин (сочинение 2003 года) — «другая эстетическая вселенная», с массой технических пианистических задач, в том числе глиссандо (скольжение рукой или пальцами) по черным клавишам — техника не то чтобы сложная, а болезненная:
— Я пытаюсь и ладонью, и ногтями — все никак, ободрала все в кровь, что увидела Майя Михайловна: «Что ты с ней сделал? Зачем ты убиваешь солистку?» — зал захохотал в этот момент.
Позже стало ясно: Щедрин писал для своих мощных, больших и пианистических рук.
Источник: www.mk.ru
